Автор - Жюль Верн

Драма в воздухе

Жангада (Восемьсот лье по Амазонке)

Кораблекрушение 'Джонатана'

Курьерский поезд через океан

Париж покоряет всех

Фритт-Флакк

Черная Индия. Глава 13. Метрополия будущего

Почти полная глава, исключенная Жюлем Верном из романа "Черная Индия", по требованию издателя.

Гектор Сервадак

Жюль Верн.Гектор Сервадак— Пер. с фр. — Н.Гнедина, М.Вахтерева, О.Моисеенко.«Собрание сочинений», т.7.М., Государственное издательство художественной литературы, 1956.OCR & spellcheck by HarryFan, 20 April 2001—

Город будущего

«Париж в ХХ веке» содержит в себе характерные признаки «классического» Жюля Верна — то, что называют научной фантастикой, но что у него скорее было научным предвидением (в романе уже есть и метро, и автомобили с двигателем внутреннего сгорания, работающем на водороде, и факсы, и вычислительные машины, и электрические машины и многое другое). Но знакомое нам по другим произведениям писателя восхищение научно-техническим гением здесь соединяется с предупреждением человечеству: цивилизация, где поклоняются двум богам — машине и деньгам, несёт в себе угрозу духовной деградации. И наконец, еще один оттенок новизны: вместо путешествий и приключений в основе сюжета — любовная история.

Двадцать тысяч лье под водой

Книга рассказывает о кругосветном путешествии в морских глубинах на уникальном подводном корабле Наутилусе исследователя и изобретателя капитана Немо и его товарищей.

Клодиус Бомбарнак (перевод Е. Брандиса, Н. Брандис)

Журналист путешествует из Баку в Пекин через горящие моря вместе с мёртвым китайским мандарином, торговцем искусственными зубами и другими интересными людьми. Для романа «Клодиус Бомбарнак» в переводе восстановлены все купюры, выявленные при сверке с оригиналом.

Мастер Захариус

Мэтр Захариус был знаменитым мастером часовых дел, а его часы высоко ценились во многих странах. Женевские часовые мастера злословили, что он продал душу дьяволу, а тот утверждал, что если бог создал вечность, то он создал время. Но неожиданно приключилось странное событие. Все часы, сделанные им, пришли в полное расстройство. А его здоровье стало таять прямо на глазах, словно они были соединены незримой нитью…