Но как ты объяснишь…

Нужен взрыв, чтобы люди в страхе сбавили ход и прервались, остановились и подумали, поняли… все воспринимают это как норму. Когда в пустыне загорается нефтяная или газовая скважина, из песка высоко в небо бьет огненная струя, днем и ночью, неделя за неделей, невероятный богоподобный огненный столп, и единственный способ погасить его — взорвать, устроить большой-большой взрыв, который его потушит, и тогда люди смогут начать все заново.

Ты бы не назвал себя психопатом?

Нет. Просто я широко смотрю на вещи, на некоторые вещи…

Или истеричкой?

Я впадаю в истерику оттого, что обладаю тайным знанием, я…

Но швырять бомбу…

Я не хочу иметь с этим ничего общего — это самооборона, а если я не могу отмежеваться от этого волевым усилием, то, возможно, акт насилия…

А вот здесь я купил эти подтяжки…

Ммм?

— Вон в том магазинчике торговали только подтяжками, — заметил девятый граф. — Разумеется, это было много лет тому назад, в эпоху специалистов. Полагаю, сейчас люди покупают подтяжки в бакалейных лавках вместе с этими жуткими граммофонными записями.

II

Борясь с невыразимым, Мун снова приостановил самоопрашиванье и увидел, что они безрассудным галопом поднимаются по Сент-Джеймс-стрит. Он слышал, как О'Хара вопит на козлах. По обеим сторонам улицы стояли припаркованные машины и еще больше уставились друг на друга вдалеке, в механической бесконечности, неподвластной человеку, все совершенно одинаковые, словно вылупившиеся из неких чудовищных икринок. Мун попытался отгородить свой разум от сознания того, что он тоже часть громады движущихся частей, которые зависят друг от друга и удерживаются на грани распада лишь благодаря своей инерции.