Человек, сидевший на переднем сиденье, повернул голову и как бы понюхал воздух. Священник заметил только очертания худощавого лица и неестественно длинный подбородок — как у старых ведьм на средневековых рисунках.

Ехавшие впереди грузовики смолкли, только где-то сбоку тарахтел легковой автомобиль. Теперь и их машина свернула с дороги и, переваливаясь, скрипя рессорами, стала медленно подниматься в гору.

Вдруг священник вздрогнул всем телом и схватил за руку врача.

По склону протянулась странная тень. Это мог быть телеграфный столб — только на конце его вырисовывалась поперечина, поддерживаемая подкосом, и с нее свешивалось что-то тонкое. С первого же взгляда священник понял, что это такое. Но никогда еще он не видел так отчетливо этот столб с поперечиной, никогда он не казался ему таким страшным, как его призрачная тень. Никогда священник не бывал здесь в такую светлую лунную ночь.

Врач, еще не проснувшись как следует, по-детски закивал головой.

— Что? Что?

Но возле автомобиля уже стоял комендант и торопил:

— Прошу вас, господа! Постараемся покончить с этим делом как можно скорей. Уже половина первого, а в половине второго приходит поезд из Вены.

И когда священник вылез из машины, он дружески взял его под руку.

— Надеюсь, вы не станете разводить долгие церемонии, хоть я и не имею права давать вам подобные указания. Но вы сами понимаете — это ведь пустая формальность.

И в самом деле все очень спешили. Пока чиновник из военного трибунала читал вслух какую-то бумагу, помощник коменданта светил ему карманным фонариком. Потом кто-то подтолкнул священника вперед.

Он шел, как лунатик, сознавая только то, что идет, не помня, зачем он здесь и что должен делать. Столб с поперечиной стоял прямо перед ним. Как маятник, медленно покачивалась от легкого ветерка веревка.

Потом его заслонил человек с чудовищно лохматой головой.