— Вам нельзя тут больше оставаться, у меня дом большой и для вас хватит там места; вот вам десять золотых, купите для всех одежду и приезжайте в улицу Мариньян.

Затем, вспомнив про Мармузэ, он удалился. Два англичанина все еще следили за ним.

— Надо узнать, зачем этот толстяк ходил к ним.

Читатели, вероятно, уже узнали в этих двух англичанах сэра Джеймса Уда и его товарища.

— Эдуард, — сказал сэр Джеймс, — мы, кажется, напали на след Шокинга, Ирландки и ее сына. Лорд Пальмюр и отец Петерсон обещали мне выдать десять тысяч фунтов стерлингов, если я им привезу этого ребенка, значит, надо взяться за дело. Когда Шокинг выйдет, вы его заведете куда-нибудь часа на полтора, а остальное уже поручите мне.

— Что же вы будете делать?

— Я сделаюсь фенианом и пойду к Ирландке.

В это время вышел Шокинг, и двое полицейских разошлись.

Мы уже знаем, что Шокинг, находясь в тяжелых условиях, был ужасно расчетлив, экономен, но зато, когда появились деньги, ему захотелось себя показать.

В конце улицы он сел в омнибус, с ним же вместе сел англичанин.

Шокинг не узнал в нем полицейского.

Между ними завязался разговор, и, когда они вышли из омнибуса, сэр Эдуард предложил Шокингу пообедать, на что последний не замедлил согласиться.

Таким образом полицейский задержал его на час, затем отпустил, а сам остался в ресторане.

Шокинг пошел купить одежду.

Войдя в магазин, он преобразился в джентльмена, и затем хотел идти домой за Дженни и ее сыном.

В Люксембургском саду ему снова попался сэр Эдуард.

— Пойдемте выпьем бутылку портвейну, — предложил Шокинг сэру Эдуарду.

Они вошли в ресторан, где Шокинг окончательно напился, и остроумный сэр Эдуард попросил хозяйку вынести его на Люксембургский бульвар, где он протрезвится и, вероятно, опять придет сюда.

Просьба его была в точности исполнена.