Веки. Два верхних, два нижних. К такому приготовиться невозможно.

— Что с вами, старший инспектор?

— Это вы, инспектор Рамирес? — спросил он, медленно и тяжело вставая с пола.

— Криминалисты ждут.

— Позовите судмедэксперта.

Рамирес выскользнул из комнаты. Фалькон тем временем успокоился. Появился судмедэксперт.

— Вы видели, что у жертвы веки отре… удалены?

— Claro, старший инспектор. Мы с судебным следователем констатировали смерть. Я заметил, что веки у него удалены, и… все это есть в моих записях. И в записях моего помощника тоже. Такое не пропустишь.

— Нет-нет, я в этом не сомневался… Просто меня удивило, что мне и словом никто не обмолвился.

— По-моему, судебный следователь Кальдерон собирался вам сказать, но…

Судмедэксперт покрутил лысой головой.

— Но что?

— Мне кажется, ваш опыт в подобных делах внушает ему благоговейный трепет.

— Есть ли у вас какие-нибудь соображения относительно причины и времени смерти? — спросил Фалькон.

— Время — сегодня утром, примерно в четыре — четыре тридцать. А причина… vamos a ver:

Судмедэксперт замолчал, смутившись под пристальным взглядом Фалькона и разозлившись на себя за то, что так по-идиотски пошутил. Повернувшись, он исчез в дверном проеме, где тут же возникли Кальдерон и Рамирес.

— Давайте начнем, — сказал Кальдерон.

— Кто вызвал полицию? — спросил Фалькон.

— Консьерж, — ответил Кальдерон. — После того как горничная…

— …после того как горничная вошла в комнату, увидела труп, выбежала из квартиры, съехала на лифте на первый этаж?..

— …и в истерике принялась барабанить в дверь квартиры консьержа, — закончил Кальдерон, раздраженный вмешательством Фалькона. — Ему потребовалось несколько минут, чтобы добиться от нее членораздельных объяснений, после чего он позвонил по «ноль-девять-один».