Наутро Светлана сказала уже спокойно и твердо:

- Я с тобой жить не буду. Лучше уйди красиво.

Поняв, что беременна, Светлана даже не очень расстроилась, приняв факт как непременный компонент явления "Визит мужа": муж не мог исчезнуть из ее жизни, не преподнеся ей напоследок какой-нибудь пакости. Ей лишь досадно было, что два месяца сонливости, головокружения и дурноты, что станут мешать работе, напрасны - ребенка не будет. А самым неприятным была необходимость отпрашиваться, хотя бы и на один день, у Екатерины. Как та ей выговаривала, когда в больнице началась эпидемия дизентерии и Светлане предложили долечить Антона дома!

- Не сами болели. Ребенок. Обязаны были выйти на работу. Никакой ответственности. Класс беспризорный. Никакого чувства долга.

Но разговор с директором оказался прост и короток.

- Надо срочно принимать меры, - вскинулась Екатерина. - Не затягивайте. Никто ваш класс за вас доучивать не будет.

Палата была небольшая, на трех человек, и вечер прошел в легкой беседе. Правда, говорила все больше одна - Вера, что была чуть старше Светланы, а Клава, женщина лет тридцати пяти, и Светлана - слушали.

Вера - худенькая шатенка с черными пуговками глаз, круглыми и выпуклыми, говорила, не умолкая. За час она поведала о себе, казалось, все. Живет в авиагородке. Работает в аэропорту. Когда-то была стюардессой, но девчонка (дочка) пошла в школу, и она теперь не летает, работает диспетчером. Муж пил, буянил, за пьянство был списан с летной работы, а сейчас работает на Севере, и, судя по алиментам, месяц работает, три месяца - пьет. Но Вера без него не скучает.

Рассказав о себе, Вера стала настойчиво расспрашивать о семейной жизни соседок.

Клава долго отнекивалась, весело говорила о своем здоровом образе жизни (обливание по системе Иванова, дыхание по системе Бутейко), но Вера настаивала: а муж?

Клава перестала смеяться и сказала спокойно и кратко: все было прекрасно, как в романе.