Они учтиво поторговались. В машине граф, не переставая, водил пальцами по струнам. Звук восхитительно отвечал на жест. Граф поднялся по лестнице, осторожно неся в руках предмет, и вошел в гостиную жены. Госпожа де Н... читала.

- Вот мое приобретение,- торжествующе возвестил он.- Я заплатил за нее кругленькую сумму. Но зато моей репутации теперь уже ничто не угрожает на стамбульских базарах.

- Боже мой, что вы собираетесь делать с лютней?

- Любоваться ею,- сказал граф.- Хранить ее у себя в кабинете и ласкать ее формы. Это одновременно и музыкальный инструмент, и предмет искусства, и нечто живое. Она сравнима по красоте со статуей, но обладает еще и голосом. Послушайте...

Он коснулся струн. Раздался сладостный звук и тихо растаял в воздухе.

- Очень по-восточному,- сказала госпожа де Н...

- Это был любимый инструмент султанов.

Он положил лютню на рабочий стол. Отныне он стал проводить немало времени в кабинете, сидя в кресле и с каким-то завороженным страхом разглядывая инструмент. Он боролся с ощущением растущей пустоты у себя в руках, со смутной и одновременно деспотической жадностью, с потребностью прикасаться, разбрызгивать, мять, и мало-помалу все его естество начинало требовать - чего именно, он не знал,- и требовать властно, почти капризно; кончалось тем, что он вставал и шел прикоснуться к лютне. Он терял всякое представление о времени и, стоя возле стола, как попало ударял по струнам своими неуклюжими пальцами.

- Сегодня папа опять не меньше двух часов провел за игрой на лютне,объявила Кристель матери.

- Ты называешь это игрой? - сказала младшая сестра.- Он всегда ударяет по одной и той же струне, извлекая один и тот же звук... С ума можно сойти!

- И я того же мнения,- заявил Ник.- Его слышно во всем доме, уже никуда не спрятаться. К тому же я нахожу этот звук абсолютно мерзким... Будто мяукает мартовская кошка.