— Ну, здесь-то не в плотине дело. Столько воды никакая плотина не удержит.

— Да, — согласился мужчина. — Должно быть, потоп на плоскогорье за Старым ущельем, через него вода и прошла. Жаль, столько воды попусту пропадет.

Данн подобрался к выемке в скале, в которую просочилась вода, и плюхнулся туда рядом с ящерицами и змеями.

— Данн! — крикнула Маара, но брат не обратил на нее внимания. Он гладил большую, толстую зеленую змею, урчавшую от удовольствия. — Перестань, укусит! — Маара посмотрела на женщину, но та увлеклась беседой и ее не слышала. Она глядела на север, откуда приближалась следующая волна, поменьше предыдущих, но достаточно мощная, чтобы толкать перед собой валуны и нести трупы громадных животных с хоботами, клыками и большими ушами.

— Мы не можем себе позволить терять столько животных! — воскликнул вдруг мужчина.

— Десятком больше или десятком меньше, — махнула рукой женщина. — Что ты тут поделаешь…

Им снова приходилось кричать, чтобы перекрыть грохот потока, стук стволов и камней, крики животных.

В этот момент Данн вытащил руку из колец змеи, поднялся и подошел к ним, осторожно выбирая путь, чтобы не наступить на какую-нибудь устало развалившуюся на камнях и на земле живность. Он подошел к взрослым и остановился перед ними.

— Я есть хочу. Очень-очень хочу.

Маара поняла, что и ее уже давно терзает голод. Когда она в последний раз что-то съела? Злые люди не давали им ни есть, ни пить. А до этого… сознание наполнили пестрые картинки, мелькающие сценки. Родители, склонившиеся над ней: «Будь храброй, следи за братиком»… Гнев на лице незнакомца… А еще раньше — домашняя повседневность, до того, как начались всякие ужасы. Она вообще не могла вспомнить, когда ела в последний раз. Еды не хватало, но что-то съедобное всегда было в доме. Она вгляделась в Данна и поняла, что он очень изменился. Куда девались привычные пухлые розовые щеки. Лицо у братика худое, желтоватое. Еще ее заинтересовало, что туника Данна, в которой он только что плескался в воде, совершенно сухая. И на ней тоже сухая. Противная одежда у этих скальных людей, но очень быстро высыхает.