Ребенок: «Если бы у камня была душа, то было ли лицо?» У гор оно есть, у всего есть. Однажды за пригорком, еще не видя, почувствовала речку. Земля живая, это мы мертвецы-цивилизаторы-мелиораторы.

Когда-то в закрытых глазах возникла большая птица. Крылья, белоснежные перья, каждое видно. «Это моя душа», — подумалось с радостью. И тут же концы перьев почернели. Если бы я могла держать состояние, без мысли, без слова…

Насколько булыжнее мои внешние дела дел внутренних. Сбросишь булыжники и оказываешься в тончайшем. Озаренный горизонт закрыт будто бы колыханием листвы без просвета, но в неведомое время она расходится и там — поразительная ясность. Потом можно и звонить-говорить, но потом, а не вместо.

«Записные книжки» В. Ерофеева. 1961 г. Выписывает из классиков о смерти, из Шопенгауэра, Достоевского. Его собеседник — Эсхил. Т. е. на пустом месте «Москва-Петушки» не являются.

После страха смерти и страха безумия Вен. Ерофеев ищет бога. Выписывает из исповедей, из многих-многих. Человек, набирающийся от человечества. Очень сильно работает. Его выписки, шутки, мысли — четко, умно.

Где бы ни оказывался, чувствовал себя первым. Дорожил этим и, вполовину, выписывая из литературы, мыслей, анекдотов и т. д., делал, имея в виду друзей и собеседников (как все мы), а также знакомых женщин — с его знаниями и талантом он был неотразим! Если бы не водка, он стал бы ярчайшей интеллектуально-литературной звездой. А фонотека! Сотни произведений.