Когда он приехал в резервацию, то решил там немного задержаться и повидаться со старыми друзьями в отделении Бюро в Пуэрко. Встреча затянулась, поскольку они давно не виделись, утро плавно перешло в день, пива было в изобилии, как и разговоров — ради такого даже выпили кофе. Узнав, что приехал Тудишишн, начали приходить апачи из отдаленных поселений, затерянных в холмах — узнать как дела в других резервациях. Очень быстро собралась толпа, и все шло к доброму веселью, когда неожиданно появился señor Маккей.

С ним было много мужчин, и они все искали Микки Золнера — любителя индианок, как его называли белые.

Все детали происшествия я узнал много позже, но если вкратце, то дело было так: Маккей и еще несколько человек отправились поохотиться. Тем утром, проснувшись, они обнаружили пропажу лошади, дробовика и еще нескольких личных вещей. Они отправились по следу, благо он был свежим, и тот привел их к хижине Микки Золнера. Там была его женщина и сын, а у входа в jacale стояла лошадь. Микки Сегундо, был польщен тем, что ему выпала честь привести таких важных людей к отцу, который в тот момент сидел с Тудишишном.

Маккей привел с собой лошадь, и когда они нашли Микки Золнера, то немедленно схватили его и, не задавая никаких вопросов, накинули ему петлю на шею. Затем они усадили его на ту лошадь, которую он, по их словам, украл. Маккей сказал, что это будет самым подходящим выходом. Когда Тудишишн увидел, к чему идет дело, то немедленно вскочил в седло и помчался за мной — он прекрасно знал, что слушать апача Маккей и компания не станут.

Когда я прибыл туда, то Микки Золнер все еще сидел на гнедой кобыле, с петлёй на шее — другой конец веревки был обвязан вокруг тополиной ветки. Он свесил голову на грудь, как человек, которого покинули все силы. Когда я подошёл к нему, он поднял на меня свои уставшие водянистые глаза, красные от выпивки.