Лефор заказал сюренского вина, и хозяин заведения, красномордый толстяк с отвислыми щеками и широким ртом от уха до уха, подал им дешевое розовое вино из виноградных выжимок, на поверхности которого плавала белая плесень.

Флибустьер попробовал вино и поморщился, но воздержался от замечаний, так как доминиканец как раз расспрашивал хозяина о прибытии дилижанса.

– Если ничего не произойдет, должен быть здесь завтра!

– Мессир, – вмешался шевалье де Виллер, – а нельзя ли найти почтовых лошадей?

Хозяин покачал головой, что не сулило ничего хорошего, и ответил:

– Сударь! Найти вы можете только старых кляч, которые и без седока-то с трудом держатся на ногах!

– Какая разница, если на следующей станции я могу сменить их на хороших лошадей?

– И не рассчитывайте! С тех пор как в обе Америки отправляют проституток (которых, по слухам, выпускают из монастыря, но по виду они – настоящие потаскухи), путешествует столько народу, что наши лошади совсем выдохлись!

– Ах, черт возьми! – вскричал Лефор. – Объясните-ка нам, сударь, о каких проститутках вы тут нам рассказываете. Я сам только что прибыл из Америки, но никогда не слыхал, чтобы хоть одна женщина хотела там поселиться!

– Это невесты, сударь. Чтобы заселить новую Францию, посылают этих девиц, и они там выходят замуж за наших солдат. Девицы получают небольшое приданое из королевской казны, а после свадьбы их мужьям дают клочок земли… Мне говорили, и я этому охотно верю, что это проститутки, которых подбирают во время ночных облав и сажают на корабль, или женщины, надоевшие своим любовникам и ставшие им обузой.

– Сын мой, – проговорил отец Фейе мягко, однако насупившись, – вместо того чтобы обсуждать скандальную тему, когда вы к тому же не очень хорошо просвещены на сей счет, лучше бы сказали, сумеем ли мы найти свободное местечко в дилижансе…

Хозяин покосился на монаха и сказал:

– Если останетесь ночевать у меня, такая возможность у вас будет, да… Я договорюсь с форейтором… Но заплатите вперед, вот так-то!