Матвей услышал о себе много всего интересного и прежде ему неизвестного. Подумав немного, он пришел к выводу, что Алла не права совершенно, ибо не может один человек быть средоточием всех тех кошмарнейших изъянов, которые она так красноречиво ему описала. А посему он поспешил откланяться, решив, что больше ему не о чем разговаривать с этой вздорной бабой. "Подумать только, - вздыхал Матвей по дороге домой, - а мне-то казалось, что я ее люблю! А оказалось, что вовсе и нет. Что ж, тем легче ". К тому времени, как пришел домой, он окончательно разобрался в своих чувствах. Родители увлеченно пропалывали на даче морковку и редиску, и потому никто не мог помешать Матвею в распитии бутылки вермута, оставшейся с восемнадцатилетия, имевшего место неделю назад.

Когда от бутылки осталась примерно половина, Матвей вдруг вспомнил, что завтра - Тот Самый День. День отлета на юг. Родители рокфеллерами не были, и на цивильную путевку денег им явно не хватило. Но подарить сыну на день рождения два билета на самолет до Симферополя и некоторую сумму денег, вполне достаточную, чтобы скромно отдохнуть "дикарем", они все же смогли. После ссоры с Аллой один билет автоматически стал лишним. Что делать? Пожалуй, нужно мчаться в кассы, сдать билет, и на получившиеся деньги погулять в Крыму как следует. Полазить по пещерам, покататься на катере, и так далее, и так далее. Как следует выпить со старым Альбертом, в конце концов. От открывшихся перспектив Матвей разволновался, залпом выпил полстакана вермута, не заметив, что проглотил льдинки, и со скоростью пули покинул дом.