— Я подумаю над вашим предложением, — пообещал я.

— Ну хорошо, — недовольно пробурчал Морган. — А Беверли незачем знать о таких вещах. Пусть наш разговор останется между нами, договорились?

— Согласен! А вы знаете Эллен Драри?

— Задушевную подругу, что втравила Беверли во всю эту историю? — Он отрицательно покачал головой. — Нет, да и знать не хочу. Дал бы ей с удовольствием по физии, чтобы зареклась на будущее открывать свою широкую пасть.

— Лучше — ногой под зад, — возразил я, — иногда хороший пинок помогает старым леди при входе и выходе из лифта.

Он все еще потешался над моим замечанием, пока я забирался в машину и трогал ее потом с места.

* * *

Перевалило уже за одиннадцать вечера, когда я наконец вернулся к себе в берлогу на Манхэттен, Запад Центрального парка, соорудил выпивку, а затем подошел к окну пятнадцатого этажа, чтобы немного полюбоваться видом, открывающимся из него. Последние два дня в воздухе ощущался холодок осени, и листва на деревьях то здесь, то там уже подернулась желтизной. Вскоре она начнет опадать, и, пробираясь по парку, придется брести в ней по колено. Затем настанет зима — и южная часть Центрального парка вновь начнет мозолить мне глаза, а я — меня томило недоброе предчувствие — все еще буду рыскать в поисках экс-суррогата по имени Пол Бэйкер.

Внезапно раздавшийся в дверь звонок вынудил меня оторваться от философских рассуждений.

Высокая, элегантная женщина, блондинка с короткой стрижкой, проследовала мимо меня в квартиру, едва я успел открыть дверь. К, тому времени, как я затворил ее и попытался задержать гостью, она уже стояла посреди гостиной.