И даже на тех участках, где ничего еще не успели построить, огород уже был обязательно, а некоторые сумели даже посадить саженцы каких-то деревьев и кустов. И почти у всех было много цветов, среди которых преобладали алые и розовые мальвы — неприхотливые, щедрые на красоту цветы.

К долгой и прочной жизни люди стремятся всегда, а после войны это стремление особенно сильно и неукротимо; так все живое, истомленное дикой засухой, неудержимо расцветает после благотворных дождей.

Широкий холмистый склон к речке зарос такими молоденькими деревцами, что их не всегда было можно и различить в густой траве. Кое-где виднелись деревья и покрупнее, совсем уже оформившиеся, но такие еще юные и незащищенные, что, казалось, трепетали от одного только дыхания близстоящего человека. Сколько же лет пройдет, пока созреют эти юные, трепещущие! И каким провидцем надо быть, чтобы угадать, сколько вишневых садочков поднимется здесь и как широко раскинут свои ветви и зацветут по весне яблони и груши.

Не будучи провидцем, Семенов все же представил себе всю эту грядущую благодать, и тут он увидел и самого провидца. Как положено провидцу, он был на высоте, парил над повседневностью, чтобы видеть то, чего еще никому не видно. Попросту говоря, сидел на пригорке, как воробышек на кочке, толстенький мужичок, краснолицый и, видать, очень решительный.

А внизу, под самым пригорком, широко расставив ноги, стоял видный черноусый мужчина средних лет в синем кителе и в шляпе.

Он время от времени выкрикивал:

— Так и будешь сидеть?

— Так и буду, — сиплым голосом, но очень задорно отвечал толстенький провидец.

Заметно было, что они давно уже так препираются и это им обоим смертельно надоело, но ни один из них не собирался уступать.