— Потом… У меня тоже есть трусы, — скромно сказал Патрик.

Аэровокзал Любу с Патриком цветами не встречал. В зал ожидания пускали только по билетам. Оттуда несло, как из конюшни. Люди спали на мешках и бродили, наступая на спящих. В кассы толпились огромные очереди. Да и что просить в кассе? Дежурные, к которым они обратились, вообще не хотели разговаривать. Патрик своим могучим, как ледокол, торсом пробил полынью через толпу к двери с надписью «Начальник смены». Люба попыталась объяснить, что они из Америки и им надо срочно улететь в Москву.

— Всем надо срочно, — прервал ее пожилой начальник, мельком взглянув на заплывший синий глаз Патрика. — Но когда получится, не знаю. Рейсы почти все отменяются: керосина нет. Паспорта!

— У нас их украли в Абхазии.

— Билеты?

— Тоже.

— Тогда ничего не могу сделать, идите в милицию. Следующий!

В милиции началось все сначала, но потом вышел какой-то старший чин и пригласил к себе в кабинет.

— Трудный случай… Ну да ладно. Раз вы американские туристы, сделаем исключение. Попытаемся помочь… Но вам придется заплатить. Хорошо заплатить и только валютой.

— Нас ведь ограбили. Понимаете, ограбили!

Люба заплакала.

— Тогда это ваши трудности. Просите у родственников деньги, а так — ничем помочь не сможем.

Под крышей места для них не было. Они отправились спать на поляну возле загороженного летного поля, постелив половичок и прислонив голову к столбу с колючей проволокой. Свет не без добрых людей: половичок им принесла сердобольная уборщица, стащив его в комнате для депутатов на втором этаже аэровокзала. Сделала она это потому, что ее любимый внук удрал в Америку.

С утра они опять, голодные и неприкаянные, слонялись по аэровокзалу и округе. Подкармливала их пожилая уборщица за то, что Патрик пообещал найти ее внука в Америке и помочь. Женщина даже принесла Любе из дома теплую кофточку.