... Новый врач детдомовского медпункта Людмила Рагимовна Талыбова несколько раз повторила, как ее зовут.
- Запомнила? - спросила она девочку.
Гюлька кивнула.
- А твое имя наверное такое трудное, что его невозможно выговорить, или оно засекречено, - ощупывая худые плечи девочки, предлоложила она.
Девочка удивленно вскинула бровки.
- Я трижды спросила, как зовут тебя...
- Гюля..., - пролепетала она и добавила:
- Мое имя...
- У меня сынишка Нурик такой же, как ты... Тебе тоже шесть лет?
- Восемь...
- Вот так? - всплеснула руками Людмила Раги-мовна, внимательно наблюдая за пациенткой. - Сейчас посмотрим так это, или нет. Ну ка, открой рот. Шире...Шире...
Горло было чистым. Врач нисколько не сомневалась в том, что так оно и будет. Установить диагноз большого труда не составляло. Девочка походила на сомнамбулу - все делала заторможенно, машинально, как не по своей воле.
Когда все произошло, Саша выкричался и несколько дней пролежал с температурой. Потом он успокоился. Гюлька же вела себя необычно. Она стояла над холодным телом брата не проронив ни слова, не пролив ни одной слезинки...
"Девчушке нужна встряска. Обязательно нужна. И как можно скорей. Так долго продолжаться не может", - поглаживая, прихваченную морозцем внутреннего озноба Гюлькину спину, думала Людмила Рагимовна.
Она каждым своим нервом чувствовала, что ей сейчас чем-то удалось отвлечь девочку от изнуряющего ее состояния. От того ужасного напряжения, что сковало ее. Теперь хотя бы случайно, хотя бы чуть-чуть коснуться этой натянутой до предела струнки, которая не может не лопнуть. Ничего подходящего на ум не приходило. Девочка холодным истуканчиком продолжала пусто смотреть перед собой. И от сознания своего бессилия Людмила Рагимовна готова была разреветься.
- Ух, какие у тебя глазища, Гюлька, - сказала Людмила Рагимовна.