Мессенские цари Антиох и Андрокл возмутились:

— Как мы выдадим вам Полихара? Ведь вы не выдали нам Эвефна!

— Выдать вам Эвефна! — закричали спартанцы. — Мало вам, что вы убили нашего царя Телекла?!

— Мы убили его потому, что он напал на нас с оружием. С оружием на безоружных!

— За то, что вы убили Телекла, и за то, что сделал Полихар, мы вправе начать с вами войну, — заявили спартанцы, не слушая возражений. — Да, это наше право!

Мессенцы старались убедить их:

— Зачем же сразу начинать войну и ввергать в тяжелые бедствия весь народ? Давайте судиться. Пусть нас рассудят аргивяне, они нашего, дорийского, племени. Или пойдем в Афины и попросим рассудить нас. Как решит суд, так и поступим. А для войны никаких причин нет!

Но Спарте не нужно было ни суда, ни справедливости. У них уже было решено захватить плодородную долину Мессении. Так для чего же им идти в Афины?

— Выдайте нам Полихара, — упрямо твердили спартанские послы, — мы требуем Полихара!

После долгих споров и бесполезных призывов обратиться к разуму и решить дело миром мессенские цари ответили спартанцам:

— Сначала мы посоветуемся с народом — выдать Полихара или не выдать. Как скажет народ, так и поступим.

На этот раз спартанцы уступили. Пусть посоветуются. Спарта подождет ответа.

Спартанцы ушли. А мессенские цари послали глашатаев, чтобы созвать горожан.

Стениклар шумел. Со всех улиц народ стекался на агору — на площадь, где происходили народные собрания. Разговоры были тревожные и гневные. Снова Спарта грозит им. Боятся, что их мечи заржавеют в ножнах. Боятся, что разучатся проливать кровь. А сейчас хотят пролить кровь родного им племени!

Когда народ собрался на площади и разговоры затихли, царь Андрокл сказал:

— Спарта требует, чтобы мы выдали им Полихара.