Она ошиблась направлением и перестала копать, чтобы послушать. "Я должна двигаться в сторону шума: там жизнь". Она услышала крики и попыталась копать в этом направлении, возобновила свой труд крота.

- Как ты дышала? - спросила я.

- Я не знаю. Как-то получалось. И вообще, есть животные, которые живут под землей и дышат. Воздух поступал с трудом, но все-таки поступал. Будешь слушать дальше?

Я с энтузиазмом требовала продолжения.

В конечном счете Нишио-сан выбралась не поверхность. "Здесь жизнь" говорил ей инстинкт. Он обманул ее: там была смерть. Среди разрушенных домов валялись части человеческих тел. Девочка успела узнать голову своего отца прежде, чем одна из бесчисленных бомб разорвалась и глубоко похоронила ее под обломками.

Под крышей своего земляного савана она сначала спросила себя, не стоило ли остаться там: "Здесь я в большей безопасности и здесь меньше ужасов, чем там". Понемногу она начала задыхаться. Она стала копать на шум, ужасаясь при мысли о том, что она увидит на этот раз. Но она напрасно волновалась: ничего увидеть было нельзя, потому что едва она показалась на поверхности, как тут же оказалась на 4 метра глубже.

- Я не знаю, сколько часов это длилось. Я копала, копала и каждый раз, когда я оказывалась на поверхности, я снова была погребена новым взрывом. Я уже не знала, зачем я лезла вверх, но я лезла, потому что это было сильнее меня. Я уже знала, что мой отец был мертв, что у меня больше не было дома, но я еще не знала о судьбе моей матери и моих братьев. Когда дождь из бомб прекратился, я была поражена, что все еще жива. Расчищая землю от мусора, мы наткнулись понемногу на трупы тех, кого не доставало, моей матери и братьев. Я завидовала своей сестре, раздавленной поездом двумя годами раньше и тем самым, избежавшей этого зрелища.