Дверь хлопнула, Иванов вздохнул и вдруг почувствовал, что кто - то тронул его за плечо.

- Не уступайте, Владимир Васильевич, - горячо прошептала Светлана. - У него у самого нет сердца, это ему требуется пересадка...

- Ты умница, Света, - пробормотал он.

- Наконец-то услышала и я ласковое слово. И как это вы сподобились, Владимир Васильевич, - она усмехнулась.

- Не смотри на меня так, Светик. Не отдам я его им. Пусть зовет хоть директора, хоть министра хоть самого архангела Гавриила. Не отдам, пока не буду уверен.

Она опустила маску, тряхнула головой и вдруг порывисто поцеловала его в колючую щеку. Они были одного роста и стояли теперь рядом глаза в глаза. Иванов неловко провел ладонью по щеке и посмотрел на пальцы.

- Нет там губной помады, Владимир Васильевич, успокойтесь, - она снова подняла маску, глаза её смеялись.

- А ты доверила бы мне свое сердце? - спросил Иванов.

- Тебе? - она тут же поправилась: - Вам? Вряд ли: в сердцах вы тоже не очень-то разбираетесь.

- Так-так... - он не знал, что ответить и перешел на деловой тон. Операция Шабанову пока не потребуется. Будем просто наблюдать и лить растворы, - он повернулся и вышел из операционной. В коридоре его встретил слегка перепуганный Сергей.

- Там в ординаторской... Тебя шеф к телефону.

- А ты куда?

- Скорая привезла пострадавшего. Множественные резанные раны спины, кровопотеря. Врезался спиной в стеклянную дверь. Или его врезали. Был в одних трусах. Спина - как бифштекс.

- Понятно. Если понадоблюсь, вызовешь.

Иванов вошел в ординаторскую и поднял трубку:

- Дежурный хирург Иванов, - машинально отбарабанил он.

- Из трубки донесся знакомый глухой голос шефа с обычными ироническими интонациями. В хирургии он был легендарной фигурой, а противошоковое отделение было его детищем. Старик был резок на язык, но зла на него не держали - за отходчивый характер и простоту.