Квинн присел на корточки, пытаясь разобраться в происходящем. Каким ветром занесло сюда эту англичанку? Это не крестьянка, не хиппи. Квинн знал, что такое дорогая одежда, а кашемировый свитер на ней стоил больше тридцати фунтов.

Она не стала тратить время на пустые расспросы. Ему и это понравилось. Но если она и впрямь считает, что скоро вернется, то она не отличалась сообразительностью. В этих местах до ближайшей деревни — мили и мили… Ей придется идти вдоль извилистой реки до Ла-Малена. Дай Бог, чтобы помощь подоспела часа через четыре. Он почувствовал новый приступ озноба. Да, промерз не на шутку! Последний раз ему было так холодно два года назад, когда он оказался у Ланкастерской Дыры. Он прислонился спиной к камню и начал разминать одну ногу, потом другую, потом здоровую руку. Надо немножко разогнать кровь…

Десять минут спустя он поднял голову, услышав сверху какие-то звуки. Девица спускалась. Теперь на ней были сандалии, а через грудь, словно перевязь, она надела моток веревки. Сумка на плече была чем-то набита. Она действовала уверенно, умело находя впадины и уступы. Он увидел одну ее ногу целиком, до черных трусиков, и отметил изящную игру мускулов и сухожилий.

«Танцовщица, — подумал он. — Готов побиться об заклад, что она профессиональная танцовщица. Но какого черта?!» В нем вспыхнула ярость, когда она прыгнула и оказалась рядом с ним на карнизе.

— Очень умно, милочка, — злобно пробормотал Квинн. — Если вы думаете, что сумеете вытащить меня собственными силами, то вы просто спятили.

Она не выказала никаких признаков обиды, а просто положила моток веревки и откинула выбившуюся прядь. Потом стала открывать сумку со словами:

— Моя машина в лесу, до нее с четверть мили. Я ходила, чтобы кое-что взять оттуда. А насчет подъема не волнуйтесь, справимся.

Тут она присела на колено рядом с ним, положила руку ему на лоб, потом ее длинные пальцы взяли его за запястье, щупая пульс.