Особенно в южных морях это часто происходило, поэтому у нас решили создать такую службу, как охрана от пиратов. То есть команда чудачков, они должны быть натренированы особым образом, вооружены, и если пираты нападут, то они бросаются вперед — и все, пиратов скрутили и уложили на палубу. Это наш капитан захотел взять с собой в рейс, когда мы шли на Кубу, эту охрану. Капитан у нас все решает сам, раньше он еще хоть с замоплитом должен был советоваться, а теперь вообще как царек стал — что скажет, то и будет. Да это на любом судне так. Капитан же по закону наделен всеми полномочиями — и консульскими, и юридическими. То есть, если на судне что случится, то он вправе судить виноватых сам, прямо в рейсе. Ну и решил он взять эту охрану. А эту охрану по договору надо было кормить, поить, и еще оплачивать их деятельность.

Ну вот, вышли мы в море. А у этой охраны был свой старший начальник, который должен был следить за их поведением, и чтобы все было в порядке. Ну меня эта охрана с самого начала раздражала. Когда мы еще грузились — а я тогда был третьим и отвечал за груз — они все время у меня под ногами путались и мешали. Я хотел одному сказать, чтобы он отвалил, так он меня таким трехэтажным послал, что у меня вообще всякое настроение пропало призывать его к порядку. К тому же он такой здоровый сильный культурист, и рожа у него очень злая. Но это еще ничего. А как только мы вышли в море, они начали жрать! Конечно, они жрали с нами в кают-компании, но еще в перерывах между приемами пищи периодически наведывались на камбуз, а кока они вообще до смерти запугали, и буфетчицу постоянно терроризировали. А потом оказалось, что у них с собой есть солидный запас спиртного, но и на судне тоже обычно спиртное берут в рейс, мало ли что там случится, и еще каждый морячок запасает. Некоторые из нашей команды как выходят в море, так вообще не просыхают, так и заливают за ворот до самого возвращения в родной порт.