В Ясной Поляне снял и украл наволочку со штампом – желая уже окончательно пасть.

– Да… Это серьезно! – произнес потрясенный Борис, отодвигая велосипед.

– Уезжаешь?

– Ладно. Лежи тут, – вздохнул он. Мол, сделаю, что могу… хотя шансов на спасение мало. Я смотрел ему вслед. Слезы блестели на ресницах. Уж лучше пусть наши друзья будут нашими проводниками в вечность, чем кто-нибудь!

Волны, хлюпая, изогнули строй утопившихся мошек, и их прямой ряд изогнулся зигзагом, буквою S.

Я закрыл глаза.

Больница – длинный одноэтажный дом, сразу за ней плавно поднимался зеленый луг, усыпанный… чуть не сказал – отдыхающими. Вдали луг как бы припухал, горбился – там была река, росли вдоль берега “головастые” наклонные ветлы с торчащими прутьями. Больные весело прощались с родными и переплывали на тот берег, кто на чем… больше на гробах, загребая крышками.

Пользуйся благоприятным случаем. Чего еще ждать тебе?

Полуразрушенные белые арки с обломками стен, к ним идут то ли комнаты, то ли бассейны – теплая вода по щиколотку, гладкое мраморное дно… наслаждение для голой ступни! Последняя ласка? Встав в арку, смотрел, как уходил непонятно в какое море и таял в блеске воды узкий изогнутый мыс с высокими тонкими пальмами. В начале мыса росли кусты, ветки их низко тянулись над узеньким пляжем, и в тени лежали люди и тихо переговаривались. И я прилег.

– Встать!

Я разлепил веки. Клим!

– Рано улегся. Дело не сделали!

– А, да.

Настало время его товаров и услуг!

Вдали показался знакомый песчаный холм.

– Дренаж сделал тут… а где деньги? – жаловался по пути Клим.

Вымогает? – мелькнула вдруг странная надежда. Из стенки канавы торчала желтая пятерня! Я вздрогнул. Может – моя?! Но каким образом?.. Фу ты! – сообразил – резиновая перчатка! Обронил кто-то из работяг.