Ты можешь сутками слушать приемник, и никто не кричит, что ты не даешь людям спать, и никто не выключает радио на самом интересном месте, и никто не включит репродуктор на полную мощность, когда у тебя болит голова, или просто у тебя дурное настроение, и ты не хочешь никого слушать. Ты представляешь, какая ты счастливая для тех, кто вместо свежего, для тебя заваренного чая вместе с твоим любимым вишневым вареньем пьет какую-то мутную жидкость отвратительного вкуса. Те, кто сутками лежат в грязном белье и ждут, когда белье поменяют. Когда их помоют. А ты чистенькая, всегда на свежей простыне. А сколько у нас старых никому не нужных людей, для которых счастье наши убогие переполненные больницы, потому что там хоть что-то, а дадут поесть, и хоть и отругают, а все-таки голос живой.

Счастье, девочка, это так относительно. Счастье мы создаем себе сами. Наши светлые мысли, наши мечты, они с нами, и мы счастливы. Ты можешь включить проигрыватель с нежной музыкой и представить себя кем твоей душе угодно: принцессой, феей, героиней любимой сказки, любым персонажем любого романа. А ты попробуй! Ты слушай музыку и летай, и танцуй в огромном воздушном океане, и ты почувствуешь, как нежные воздушные волны ласкают тебя, и как легко, как изящно твое тело, и вот оно уже и стройнее и гибче, и ты купаешься в океане Нежности и Счастья. А когда музыка умолкает, ты не говори себе: Ах, это пустые надежды, я так несчастна. Нет, ты думай: как чудесно я провела время. Завтра, ровно в тот же час я вновь включу проигрыватель и продолжу мое чудесное путешествие. Какая я счастливая, что могу улетать в любую сказочную страну.

- Но мне так хочется поговорить с кем-нибудь. Обо всем - обо всем. Меня никто не понимает. Я всем чужая.

- Неправда, - тихонько засмеялась Марина Сергеевна. - И ты знаешь, что ты говоришь неправду. У тебя сегодня просто дурное настроение, и ты решила немножко пококетничать.