"Неосторожно, - подумал политрук, машинально нащупывая в кармане рукоятку "ТТ". Неосторожно. Так открыто... Убью гада".

Он вынул пистолет и, оттянув затвор, дослал патрон в ствол.

(конец первой серии)

3. Без отпевания и креста

Капитан Дещеревский разодрал огромную, полуметровую дыру и призадумался, рвать ли дальше или этого будет уже достаточно. Тут к нему подошел капитан Янин, держа руки в карманах, и спросил, равнодушно осматривая вид речной долины, зачем же это он, Дещеревский, делает такие огромные дыры в чужих байдах.

- Да вот, брезент совсем сгнил, не видишь, - отвечал Алексей. - Надо ставить большую заплату из прорезинки, вот отсюда и досюда.

- А может, было бы лучше дыру заклеить, когда она маленькая была?

- Нет, ненадежно. Лучше зашить, прорезинки у меня хватит. Только давай быстрее, а то солнце скоро сядет.

Вдвоем они зашивали байдарку до темноты. Спасибо Ирене, она дисциплинированно сидела рядом и вдевала нитки в иголки.

Вечером разожгли костер, дети - еще два костра, три костра обозначили место сброса продуктов и боеприпасов. Но самолета не было. Поэтому Лена сготовила плов, всем хватило, даже с добавкой. Вечернюю тишину изредка нарушали истошные вопли и визги у костра. Казалось, дети поймали водяного или лешего и теперь пытают огнем. Нет, это опять Малышь держала оборону против детского карательного отряда. Били Аню, били, но так и не побили.

Взошла луна. Полнолуние... И яркая Венера висела над лесом, как осветительная ракета над нейтралкой. Изредка запоет соловей, плеснет хвостом рыба и снова на лагерь опустится тишина. Даже не верится, что где-то идет война...

Кончив работу, капитан Янин присел у костра, подсушил мокрые штаны. Неторопливо перебирая струны гитары, задушевно спел вместе с комсомолками "Интернационал". Зорко прищуренный глаз капитана заметил, что в редкие минуты затишья Аня что-то торопливо строчит в свой блокнотик. Посмотреть не дала.