Но далеко ему уйти не удалось. Повороты скоро кончились, а на прямых участках благодаря девушкам "Салют" был вне конкуренции.

11.10. Привал на левом берегу у высотки. Перекусили сыром и ирландским шоколадом, который союзники поставляли в Москву по ленд-лизу. Подпольщики сразу стали спрашивать, распространяется ли "коммунизм" на шоколад, но им был дан суровый ответ. Политрук съел свои плитки и подумал: "Мне шоколадом рот не замажешь!" Осмотрел окрестности и нашел следы старого костра, несколько десятков пустых бутылок из-под шнапса, огромное укрытие у самой реки... Очевидно, партизаны. Загребли дальше.

Снова пошла горелая земля. Стали попадаться бревна, загораживающие реку. Может, следы работы бобров. Тихо над миром, только бултыхнется перепуганная лягушка и пролетит спокойный журавль.

В 14.30 река вышла из леса на открытую местность, завиднелись серенькие избушки, но немцев не видать. Дали незамолкающему Сереге весло, погрести, чтоб утомился. Байда долго елозила от берега к берегу, но весло сломать он не смог. Зарядил мелкий обложной дождик. У хиленького деревенского мостика встали и перекусили шоколадом и трофейной колбасой. К переправе подбежали две местные собаки, полаяли, Серега гавкнул в ответ, и собаки ушли за подмогой.

Где-то над тучами кружил самолет. Наш?...

Долго сидели у берега, наконец выбрались делать обнос моста. Вдруг прямо под ногами политрук заметил остатки ржавого русского противогаза и стрелянную гильзу 76мм. орудия, ржавую насквозь. Откуда это здесь, недоумевал политрук. Неужели за этот вшивый мостик у Милюшат когда-то был бой? Гильзу Аня забрала себе.

- Зачем она тебе, Анечка? - ласково спросил бдительный капитан.

- Так, на память о походе.

И только когда деревушку проплыли, политруку пришла в голову мысль, что эта гильза и могла быть тем самым контейнером. Как же я раньше не догадался, досадовал он. Сам же ей отдал в руки. Гильза была пустая... Значит, теперь надо ожидать, что она оставит ее на стоянке. Внутри будет улика.