Далее Горький опять затруднился, опять вертел о воздухе пальцами, не то ловя, не то вылепливая на глазах у всех какую-то нужную фразу. И тут же признался:
- Нет, не найду, хотя и считаюсь художником, не найду слов, которые достаточно ярко очертили бы…- Вновь он водил руками, поднимая их вы- ше головы, как бы не в силах нечто схватить, объять.-Такую коренас- тую… Такую сильную… Такую огромную фигуру…
Опять слово ему не повиновалось. Он не сдержал слезу, затерявшуюся в крупной морщине, словно прокопанной от скулы к подбородку. И не стес- нялся умиленности-той умиленности, какую в художестве не потерпел бы: она под пером сладка.
А затем, месяц или два спустя, Горький попытался нарисовать Ленина штрихами писательского своего пера. Тот ранний вариант литературного портрета заканчивался такими строками: «Я снова пою славу священному безумству храбрых. Из них же Владимир Ленин-первый и самый безумный».
Это маленькое изящное произведение вызвало резкий отклик Ленина. Впро- чем, гнев его был направлен не столько против автора-возобновив преж- нюю дружбу, Ленин, наверное, лишь рассмеялся бы, сыронизировал бы нас- чет «самого безумного»,- сколько по адресу журнала «Коммунистический Интернационал», напечатавшего заметки Горького о Ленине. Не вынося ма- лейшей неряшливости в области теории, Ленин, как только прочел эти посвященные ему страницы, тотчас же стремительной, будто наклоненной в беге искосью, по обыкновению без помарок, выделяя подчеркиванием от- дельные слова или даже части слов, написал проект постановления Полит- бюро о том, что в высказываниях Горького, помещенных в «Коммунистичес- ком Интернационале», «не только нет ничего коммунистического, но много антикоммунистического».
Однако, чтобы не впасть в грех упрощения и односторонности-быть может, самый опасный для задуманного нами труда.-дадим еще коротенькую справ- ку. Это выдержка из письма Надежды Константиновны Крупской, посланного Горькому: «…Ильич в последний месяц жизни отыскал книгу, где Вы пи- сали о нем, и велел мне вслух читать Вашу статью. Стоит у меня перед глазами лицо Ильича, как он слушал и смотрел в окно куда-то вдаль-ито- ги жизни подводил и о Вас думал».