Щемящая боль опять сдавила сердце. — Может, и лучше, как Крылов, не дожить до старости с ее недугами и немощью, — подумал профессор. — Но погибнуть в лагере, вдали от близких и родных — еще более страшная участь.

Будь возможно им встретиться, он объяснил бы Крылову, что перед ним он, в сущности, не виноват. Он сказал бы: — Такое выпало нам время. Таковы наши властители, нам ли обманываться в них? Сопротивляться этим бандитам нельзя. Раздавят, — и не заметят. Вот помощник моего Исаака высунулся. И что? Кому он этим помог? А теперь хорошо, если все для него обойдется одной проработкой на собрании…

…Говоря мысленно с учителем, Валентин Никитич совсем не удивился, увидев его входящим в кабинет. Элегантного, моложавого, в неизменном галстуке-бабочке. Старый профессор стал приподниматься навстречу, хотел встать. Но резкая боль пронзила сердце, и его рука бессильно соскользнула с дивана на пол…

Враг народа

— Нет, пожалуйте сюда, — пригласил парторг института Петраков Валентина, когда тот хотел присесть с краешку возле двери. — Вы сегодня у нас именинник. — И он показал рукой на маленький столик, специально принесенный и придвинутый к большому столу, за которым восседал институтский ареопаг. Валентин присел на указанное место и огляделся.

В центре — замдиректора Галина Адамовна, по сторонам от нее Петраков и Арсений Григорьевич. Рядом с ним некто незнакомый в сером костюме и галстуке, но без белого халата, как прочие. Представитель райкома, что ли? Или КГБ?

На стульях, поставленных вдоль стены, — «актив» кафедры и несколько ассистентов и ординаторов из соседних клиник. Скромно, в уголку — Исаак Матвеевич. Открывая собрание, Петраков похвалил коллектив кафедры, который уже второй год завоевывает за высокие трудовые показатели переходящее красное знамя. — Но, — продолжал он, — и в вашем замечательном коллективе завелась паршивая овца. Вот, — он указал на сидящего перед ним Валентина, — этот молодой, но, видать, много мнящий о себе доктор противопоставил себя своим сотрудникам, всему советскому народу. Он, видите ли, не согласен с оказанием братской помощи народу Чехословакии.



12 из 26