Знакомые силуэты отечественных бомбардировщиков не шелохнулись, ни один турельный пулемет не дрогнул. Промелькнули в памяти картины боев с японцами на Халхин-Голе. Так спокойно противник никогда не встречал истребителей: строй в таких обстоятельствах всегда колебался, нервы стрелков не выдерживали, и они еще издали начинали палить из пулеметов. «Это свои», — твердо решил я и еще круче, чем начинал сближение, переложил «чайку» в обратную сторону. Весь строй эскадрильи повторил маневр, и я повел ее параллельным курсом с бомбардировщиками метрах в трехстах на одной высоте.

Хорошо видны отвернутые от нас пулеметы. И все же, как ни сильна моя уверенность, но, когда они ползли над заводом, именно ползли, как казалось издали, меня сковал страх: я ждал падения бомб… Понимал, что приказа не выполнил, допустил самолеты к городу (завод в городской черте). Что может быть мучительнее того противоречивого момента, когда бездействие угрожает привести к непоправимой катастрофе, а применение оружия — к напрасной гибели людей и самолетов?

Но вот бомбардировщики миновали завод. У меня сразу словно гора с плеч свалилась. Мозг заработал ясней. Я понял, почему почернели ДБ-3: они закамуфлированы, и сквозь пятна темной краски плохо видны опознавательные знаки — красные звезды. Теперь оставалось посадить бомбардировщики на наш аэродром, посадить любыми средствами: таков приказ.

Эскадрилья заняла боевой порядок. Нельзя было не отметить умелое окружение «противника». Летчики показали хорошую выучку. Увеличиваю скорость и вырываюсь вперед. Помахиванием крыльев предупреждаю бомбардировщиков: «Следуй за мной!» и кивком в сторону аэродрома показываю, куда садиться. ДБ-3 все так же спокойно идут по своему курсу. Даю впереди ведущего две короткие пулеметные очереди: «Слушайся, а то…» Результат есть — девятка повернула на наш аэродром.

Наблюдаю, как ведут себя остальные истребители: все разомкнулись по звеньям. От них в сторону горы Алагез струятся разноцветные огненные нити, густо полосуя небо. Выполняя распоряжение, отданное перед вылетом, летчики ведут длинными очередями залповую стрельбу из пулеметов.