Но он был уже «стреляным» и потому после первой волны радости и гордости встревожился: а готов ли он к такого рода полетам? Край здесь суровый, безлюдный, требует летчиков особо одаренных. А они обыкновенные, да к тому же молодые. Конечно, майор Богомолов, комиссар Михайлов, комэски Щербаков и Челышев, их заместители Шакура и Кузин опытные, летают днем и ночью, эти справятся. Летчики довоенного выпуска — Устименко, Костюк, Епифанов, Зубенко и остальные, ставшие в авиаполку «стариками», — пожалуй, тоже «потянут». Ну а он, Усенко, как? В прошлом году под Ельней Константин случайно впервые попал в облака и, стыдно вспомнить, настолько растерялся, что чуть не разбился. Правда, урок пошел ему впрок, и в Балашове он много и упорно тренировался, летал «под колпаком» и в облаках и овладел «слепыми» полетами. Сегодня, например, никакой нервозности не испытывал, пилотировал так, будто всю жизнь летал в туманах. Но достаточно ли таких навыков для Арктики? А как быть с совсем молодыми, с теми, кого всего два месяца назад выпустили из авиаучилища сержантами, как Макаров, Новиков, Киселев? Сержантов Костя знал хорошо. Весной по поручению командира полка он проверял технику пилотирования у курсантов-выпускников и отобрал для своего авиаполка лучших. Но… какие же из них полярные летчики?..

Вопросы следовали один за другим непрерывным потоком, и многие оставались без ответов. Спасительной показалась мысль: «Может, не в Арктике…»

Один «купец» (в авиации издавна повелось именовать транспортные самолеты и их летчиков «купцами») в Москве говорил, что на Севере есть какой-то ОМАГ, куда пригнали шесть истребительных авиаполков и бомбардировочную дивизию АДД

Усенко незаметно уснул и спал так крепко, что не слышал, как и когда вернулись Гилим с Александровым.

3

Утром отлично отдохнувший, посвежевший лейтенант Усенко растолкал своих товарищей, побрился, сделал гимнастику, умылся до пояса бодрящей холодной водой и в отличном настроении явился к оперативному дежурному.