— У секретарши Верки выпросил, — буднично раскрыл китайский секрет Ларионов.

— Самого, значит, мы обделили, — догадался Александр.

— Обойдется. У него китайские делегации часто бывают. Привезут, — суров был с начальством Роман Казарян.

— Намылит он загривок твоей Верке.

— Для нее пострадать за меня будет великим счастьем.

— Трепло ты, Рома! — возмутился Ларионов. — У нее же любовь с Гришиным из НТО.

— Так то земная любовь, меня же она любит неземной, я бы даже сказал — надмирной любовью.

Отпустило затылок, перестало ломить глаза. Хорошее это дело — сидеть с ребятами, чаи гонять.

— Я прав оказался, Саня, — заговорил Казарян. — Огольцы задействованы на всю катушку. Кто-то через них искал Васина. По цепочке. На прямой связи, видимо, Геннадий Иванюк. Но и у него нет непосредственного контакта. Вероятнее всего — точно обусловленные по месту и времени связные. Мне люди нужны, Саня. Поводить вышеупомянутого Геннадия Иванюка.

— Где я их тебе найду? Все на прочесывании. Мне и вас-то оставили под слезные мои причитания.

— А что делать будем?

— Плакать, — разозлился вдруг Смирнов. — Думай! Мне за всех, что ли, думать?!

— Конечно, непосильная для тебя задача, — охотно согласился Казарян.

— Смотри, Рома, язык в момент укорочу.

— Это каким же макаром?

— В отделение Крылова переведу.

Команда Крылова занималась карманниками. Работа хлопотливая, на ногах, почти всегда безрезультатная, и оттого крепко неблагодарная.

— Произвол — главный аргумент начальства, — попытался продолжить сопротивление Роман, но Смирнов спросил по делу:

— Кто у них за Ивана проходил? Жорка Столб?

— Вроде он.

— Почему «вроде»?

— Вон Сережа во мне сомнения разбудил. Сережа, скажи.

Тихий Ларионов был известен неукротимой въедливостью. За это и ценили. Он поставил стакан на сейф, поднялся: