— А почему нет? — воинственным тоном спросил Малыш.

Ольсен лишь поглядел на него и покачал головой.

Лейтенант Шпет тоже проявил заботливый интерес к нашему занятию.

— Фильтровать не собираетесь? — с беспокойством спросил он.

— Не стоит трудов, — ответил Легионер.

— Но, господи, если пить ее в таком виде, потом будете кататься по земле.

— Лишь бы там были градусы, — ответил Легионер. — Все остальное неважно.

Лейтенант Ольсен снова покачал головой и ушел вместе со Шпетом. Они явно сомневались, что мы не отравимся.

Утро застало нас по-прежнему в покое под яблонями. Война, казалось, обходила нас стороной. Мы продолжали свое дело, только теперь первый восторг улегся, и мы разбились на группы, у каждой были свои обязанности.

Мы гнали свой шнапс весь день до глубокой ночи. Вскоре после полуночи послышался шум машины, ехавшей по горной дороге к нам. Остановилась она возле нас, из нее выскочил унтер-офицер, грязный и потный.

— Где ваш командир? — крикнул он.

Лейтенанта Ольсена разбудили. Он взял сообщение, и посыльный уехал на полной скорости. Мы смотрели ему вслед с дурным предчувствием.

— Черт возьми, — негромко ругнулся Легионер. — Это портит нам всю малину!

И пошел посмотреть, как движется операция по изготовлению шнапса.

— Подбросьте дров, — приказал он. — Если дело пойдет быстрее, то смотришь, наберем еще бутылку до приказа выступать.

— У нас уже тридцать одна, — торжественно объявил Порта. — Я сосчитал!

Малыш казался чем-то взволнованным.

— Что я хотел бы знать, это когда мы его отведаем.

— Когда я скажу, не раньше, — сверкнул на него глазами Легионер. — Если кто хотя бы обмакнет в него палец без моего разрешения, будет иметь неприятности.

Малыш уныло пожал плечами и пошел оттуда, что-то бормоча под нос. В эту минуту темноту прорезал пронзительный свисток лейтенанта Ольсена. То был в высшей степени нежелательный звук.