
— Ого! Похоже, в школу завтра идти не придется, — первым нарушил молчание Славик.
— О чем ты, конечно, очень жалеешь, — сказала Ирина.
— Ну ни хрена себе! — подвел итог Борис. Что-то тут было не так. — Слушайте, а где же артподготовка из гаубиц? Слышно же было бы…
— Боря, но ведь и Мадина говорила…
— Мадина ничего не говорила про обстрел. Ира, тут что-то не так — мы бы слышали!
— Вечно ты ничему не веришь! Ну, приврали немного, подумаешь! Нельзя же все так буквально воспринимать!
Борис двумя глотками допил чай, открыл форточку, закурил сигарету. Небо, затянутое плотными облаками, светлело. В кухню ворвался прохладный сырой воздух, относя дым назад в кухню — Славик демонстративно поморщился. Борис прикрыл форточку, взял еще одну сигарету и пошел на балкон.
Здесь было холодно и сыро. Борис присел на стул, затянулся, и тут же тишину вспороли далекие выстрелы. Это не было похоже на одинокие выстрелы по ночам, на которые уже и особенного внимания не обращалось. Сейчас очереди звучали плотно, зло и как-то профессионально, что ли. Где-то вдалеке гулко застучал пулемет. Борис перегнулся через ограждение, пытаясь определить направление. Не вышло — мешали дома и гулявшее эхо.
