- Правильно! Дальше цензура! А вот и для тебя, слушай! " ... а вчера я вышел из землянки и увидел двух зайцев. Они гоняли по полянке, как будто нет никакой войны. Было тихо, и мне показалось, что воскресенье и мы в родном подмосковном лесу. Зайцы бегали, бегали, а я стоял, чтобы их не спугнуть. Потом они вдруг остановились. Посмотрели в мою сторону - наверное, я переступил с ноги на ногу, и снег захрустел. Зайцы замерли, а потом задали такого стрекача! Прямо в лес! Вовик, ты, пожалуйста, не огорчай маму, слушайся и не простужайся!" Мама остановилась. Посмотрела на Вовку, и ему стало не по себе. Захотелось спрятаться под одеяло, чтобы мама так не смотрела на него.

- Вот, что я теперь напишу папе? Вовка внимательно посмотрел на свою маму и тихо сказал:

- Ты ему не пиши, пожалуйста, что я простудился, - ведь, когда письмо пришло, я уже почти выздоровел.

Все засмеялись.

- Ладно, - сказал дед Тимофей, - с кем не бывает. Чего парня корить... попей-ка молочка козьего. Это лекарство самое первое! От него сразу лучше становится.

- Мам, а ты когда будешь папе ответ писать? Напиши сейчас, а завтра утром отправишь, и папа быстрей письмо получит.

- Ладно. Сейчас и напишем. Письмо в этот вечер писали долго. Сначала мама сама. Потом диктовал Вовка про военную игру, а Севка добавлял, как они строили крепость, как потом сражались в этой крепости и как под конец повесили Гитлера.

- Мама, а ты не забыла спросить у папы, сколько он самолетов немецких сбил?

- вдруг спросил Вовка.

- Этого все равно нельзя писать, сынок. Это военная тайна. Потом добавлял дед Тимофей, потом опять писала мама и под конец потихоньку плакала. Вовка смотрел на маму, смотрел и думал, что не надо ничего говорить, потому что иногда, когда мама плачет, не надо ее жалеть.

Гости

Вовка выздоравливал очень быстро. Однажды утром он открыл глаза и увидел в комнате одного Севку. Севка важничал - его одного оставили с больным и велели за ним ухаживать.