ТРОПАЧЕВ. Помилуйте...

ОЛЬГА. Вы мне позволите пойти к себе... Мы только что приехали... Надобно посмотреть...

ТРОПАЧЕВ. Сделайте одолжение, Ольга Петровна.... Да и вы, Павел Николаич, будьте как дома, хе-хе. Мы вот здесь поболтаем немножко с этими господами...

ОЛЬГА. Притом - вы хоть и старый приятель, но все-таки мне совестно... в этом дорожном платье...

ТРОПАЧЕВ (ухмыляясь). Я бы не принял подобного... подобного предлога... если бы я не знал, что для дам... туалет... всегда... так сказать... всегда приятно... (Запутывается, кланяется и рисуется.)

ОЛЬГА (смеясь). Вы злы... Я вас оставляю, господа... до свиданья. (Уходит в гостиную.)

ТРОПАЧЕВ. Павел Николаич, позвольте мне еще раз поздравить вас... Вы, можно сказать, счастливый человек...

ЕЛЕЦКИЙ (улыбается и жмет ему руку). Вы правы... Фаддей... Флегонт Александрыч.

ТРОПАЧЕВ. Но, послушайте, я вас, может быть, удерживаю?

ЕЛЕЦКИЙ. Напротив, Флегонт Александрыч. Знаете ли что?.. Вам, как хозяину, это не будет неприятно...

ТРОПАЧЕВ (надвигаясь на Павла Николаича и прижимая его руку к своему желудку). Располагайте мною, Павел Николаич, прошу вас.

ЕЛЕЦКИЙ. Хотите, мы перед завтраком сходим на гумно? Отсюда два шага подле сада.

ТРОПАЧЕВ. Enchante! Помилуйте.

ЕЛЕЦКИЙ. Ну так берите вашу шляпу. (Громко.) Человек, кто там? (Входит Петр.) Завтрак вели приготовить.

ПЕТР. Слушаю-с. (Уходит.)

ТРОПАЧЕВ. Карпачов пойдет с нами, если вы позволите.

ЕЛЕЦКИЙ. Очень рад...

Оба уходят. КАРПАЧОВ идет за ними.

КУЗОВКИН (живо обращаясь к Иванову). Ну, Ваня, скажи теперь сам, какова наша Оля?

ИВАНОВ. Что ж, я не говорю, - хороша.

КУЗОВКИН. А ласкова-то как, Ваня?

ИВАНОВ. Да - она не то, что он.

КУЗОВКИН. А чем же он дурен? Ты, Ваня, рассуди: он человек важный, привык, знаешь, эдак себя держать. Он бы и рад, да ты понимаешь: нельзя. Оно у них так там требуется. А заметил ли ты, Ваня, какие у ней глаза?