– Давай, покажу, ничего сложного. А может, и АГС у вас есть? Постреляем, если что.
– Постреляем! Только я и с него ни разу ещё не стрелял.
– А чё ты мне втираешь, что стрелять не учили. Не может такого быть! Кто твой командир? Номер части?
– Ты кто такой, КГБ что-ли? Я никому не обязан ничего говорить. Хочу – говорю, не хочу – пошлю на три известные буквы.
– Пошлёшь старшего по званию?
– А ты кто? – я придирчиво оглядел бойца.
Невысокий, чуть выше меня, плотненький. В берцах, бушлат рваный, каска загаженная, знаков отличия нет. Лицо грязное, не разглядеть толком, но морщины на лбу и под глазами достаточно глубокие, и значит ему, как минимум, лет тридцать пять. Здесь, и в таком возрасте, вероятнее всего – офицер.
– Извините, вас от рядового бойца не отличишь.
– А вот это хорошо! Так держать, боец!
Я достал "Муху" и осторожно передал офицеру.
– Учись, трудного ничего нет. Для неграмотных тут и инструкция есть. Читать-то, надеюсь, умеешь? А? чего молчишь? Ладно, смотри, просто делаешь вот так! – он, злорадствуя, смачно сплюнул и нацелился в сторону девятиэтажки. – Компания Джонсон энд Джонсон представляет одноразовый гранатомёт РПГ-18. специально для вашего здоровья! Ловите, духи черномазые! Новогодний подарочек от … Как тебя?
– Усман.
– … от рядового Усмана! – и офицер выстрелил навесом, чтобы случайно не угодить в наш спаситель-забор.
Мощный взрыв порушил часть стены шестого этажа, выдав вверх неслабое, тёмно-серое, бетонно-блочное облако. Может, это случилось и не от нашего выстрела, но мне очень хотелось думать, что именно от нашего.
– Ух ты! – я подпрыгнул от удовольствия. – Трындец там кому-то!
Схватив второй, последний выстрел, я спешно повторил процедуру, ранее проделанную офицером. Толком не прицеливаясь, я встал на колено и выстрелил. "Вшу-у-уй!" – оставляя едва заметную белесую полосу, заряд устремился к заданной цели. Попал примерно туда же, что и первый, но взрыв получился более колоритным и смотрибельным, чем предыдущий. Рвануло как в кино – с высоким столбом пламени, пожирающим всё живое и не живое.