Пруденций был статен и смугл, с горячим матовым цветом лица, с большимичерными глазами, глядевшими из-под черных ресниц, при черных бровях и густыхкудрях цвета ореха.
Он был очень нежен и ловок в движеньях, застенчив, страстен и скромен,— и чрез это он каждому казался приятным и милым.
Самое лучшее, чем Мелита могла заслужить Ефросине, это было обучитьПруденция грамоте и тем из известных Мелите искусств, которые шли к полумальчика по условиям тогдашнего быта.
II
Мелита научила Пруденция читать и писать, петь и играть на цевнице,шибко бегать и бросать в цель металлические кружки и кольца.
Так как Гифас и Алкей прожили век в своем полудиком, не столькоторговом, сколько разбойничьем поселке, то они не знали никаких подобныхизящных упражнений и развили свои силы прямо в суровой борьбе с морем, ноЕфросине нравилось, чтобы Пруденций был воспитан нежнее и ближе к тогдашнеймоде.
В упражнениях Пруденция в силе и ловкости с ним состязалась сама егоучительница, прекрасная Мелита, и ее молодая черная рабыня-финикиянкаМарема, которую тоже звали короче Мармэ.
Когда Мелита начала заниматься воспитанием Пруденция, ему тогдаисполнилось всего двенадцать лет, но он был так крупен и строен, что походилуже на мальчика лет пятнадцати; а Мелита, которой шел в это времясемнадцатый год, была столь моложава, что ее можно было принять запятнадцатилетнюю невесту. Довольная и в то же время воздержная жизнь иумеренность во всех наслаждениях, при свободе от болезней деторождения, таксберегли прекрасное тело юной Мелиты, что при встрече с нею всякийнезнакомец легче всего почел бы ее за юную девушку, а не за молодую женупожилого человека, каков был ее муж, косой и в обхождении грубый Алкей.