Женщина-агент кивнула:

– Маргарет Лукас.

Мужчина вроде как передернул плечами:

– Кейдж.

– Они из ФБР, – добавил Кеннеди.

Джеффриз кивнул – мол, и так ясно. Кеннеди подвинул письмо к помощнику. Джеффриз прочел его.

– Значит, он повторит расстрел?

– Видимо, да, – ответила женщина.

Кеннеди посмотрел на агентов. Кейдж работал в штаб-квартире ФБР на Девятой улице, а Лукас исполняла обязанности главного спецагента окружного вашингтонского отделения. Ее начальник находился в отъезде, и поэтому дело о расстреле в метро вела она. Кейдж был постарше и, видимо, имел в Бюро хорошие связи. Лукас же была помоложе и казалась более циничной и энергичной. Кеннеди уже три года занимал пост мэра округа Колумбия и держал город на плаву, опираясь на цинизм и напор, а не на опыт и связи. Его радовало, что Лукас вела это дело.

– Ублюдок даже грамотно писать не умеет, – пробормотал Джеффриз, перечитав письмо.

Кеннеди взглянул на часы. Было десять с небольшим.

– Двенадцать ноль-ноль… полдень, – задумчиво протянул он. – Через два часа мы должны заплатить откупные.

– Вам придется сделать заявление, Джерри. И скоро, – заметил Джеффриз.

– Знаю. Что вы предпринимаете для его поимки? – спросил Кеннеди агентов.

Лукас ответила сразу:

– Проверяем тайных осведомителей и тех, кто имеет контакты с террористами. Пока впустую, и я считаю, что это не характерный террористический почерк. Мы также проверяем номера всех машин, припаркованных у Городского совета на момент, когда мы узнали о письме. Проверяем и квитанции на парковку автомобилей, стоявших утром у Дюпон-серкл. Прочесываем зону передачи денег у Кольцевой и все близлежащие отели, многоквартирные и частные дома.

– Не слышу в вашем голосе оптимизма.

– Откуда ему взяться?

Кеннеди прочел письмо еще раз. Странно, что у психа такой хороший почерк.