Дальше — опускаю эмоции, просто мы идем, и я, как дурак, пересказываю ей Бредбери, рассказ под названием «И по-прежнему лучами серебрит простор луна». Потом уже, какое-то количество лет спустя, читая «Гадких лебедей» братьев Стругацких — еще в машинописи читая, с жуткого посленовогоднего похмелья, — натыкаюсь на мудрую мысль Виктора Банева, основного героя этого романа Стругацких. Он встречается со своей бывшей женой и думает: «Да, и этой женщине я читал Бодлера!»

Да, и этой женщине я пересказывал рассказ Бредбери, бред собачий, сказал сержант!

Между прочим, это тоже очередная фраза, только уже из другого американского писателя.

Его звали Джозефом Хеллером, и он уже умер. Года два назад, по-моему, в конце 1999 года. И это именно он написал про то, что все на этом белом свете есть «Бред собачий! — сказал сержант».

В книге «Catch-22», что означает «Поправка-22». Но это сейчас принято переводить как «Поправка-22», мне больше нравится тот вариант, который, между прочим, еще в 1967-м (Боже, когда это было?) в сокращенном виде опубликовал журнал «Урал» под названием «Уловка-22». Что и явилось последней каплей для господ из обкома КПСС для снятия с работы главного редактора журнала, милейшего дяди Жоры Краснова — для меня он тогда был дядей Жорой, — а вот почему его сняли, так об этом я узнал уже много лет спустя.

Сейчас дяди Жоры нет на свете, как нет на нем и Джозефа Хеллера. Но есть «Уловка-22», по крайней мере, для нас, русских, это все равно «уловка». Это у американцев, в той Америке, которую мы потеряли, поправки к конституции — что-то такое же священное, как корова у индусов, а у нас — это уловка, откос, то есть опять — бред собачий, сказал сержант!

Хотя настоящее величие Хеллера открылось мне уже после чтения «Catch-22», когда в семьдесят восьмом — если память не глючит — журнал «Иностранная литература» опубликовал главы из второго романа покойного Джозефа.

«Something happened», «Что-то случилось».