Имя Лион повторений у нас иметь не посмело! И сам он, как я была уверена, повторений иметь не мог. Не только в детском саду, но и вообще! Он был не старше других наших мальчишек, но виделся мне мужчиной. Или на дистанции стольких лет мне это кажется? По крайней мере, многие детсадовские девчонки с ним заигрывали. И моя тёзка тоже…

Победителям и победительницам «отборочных» велосипедных гонок предстояло затем сразиться в двух парных — окончательных! — соревнованиях: пара девочек и пара мальчиков.

В решающую борьбу среди девчонок — ну, не загадка ли! — предстояло вступить мне и моей тёзке.

Итак, победителей отборочных схваток «разбили» на пары. Чуть-чуть отвлекусь… Не слишком ли многозначен глагол «разбить»? Разбить можно чашку, армию в битве, разбить можно семью… «Разбили» на последнюю — решающую! — гонку и нас. Самонадеянный какой-то глагол: столько присвоил себе значений!

Меня нередко посещали разнообразные наблюдения и раздумья. О, если б я раньше не воспринимала их, как дотошные! И если б не отстранялась от них, предпочитая эмоции…

Мы с Полли, стремясь обогнать друг друга, вовсю крутили педалями. Мы так стремились к успеху, что, в результате, велосипеды наши — плюс к нашим противоположным лирическим интересам! — беспощадно столкнулись. Мы с Полли растянулись по разные стороны — каждая возле своих, все еще крутившихся, колес. И обе, как было ясно, потерпели поражение, проиграли. Хуже того, мы, на глазах у Лиона, выглядели смешными… Но Лион хохотал, глядя в мою сторону (что было ужасно!), а, взглянув в сторону моей противницы, ликующим свистком присудил ей победу. Она, я внезапно сообразила, обыграла меня не как велосипедистка… а совсем в ином смысле.

— Это несправедливо! — раздался голос музыкальной руководительницы. Но он растворился, потонул в аплодисментах поклонниц Лиона: они верили ему больше, чем бывшей маминой ученице. И не ревновали его к Полли, так как, в отличие от меня, сдались «женской» своей неудаче и не собирались за Лиона бороться.