Вдруг он отчетливо услышал, как хлопнула входная дверь. Генерал стиснул зубы, приподнялся и осторожно подошел к окну. Освещенный слабым лунным светом, на крыльце стоял мужчина в черном пальто. Он достал из кармана сигареты и закурил.

— Наглец! - вырвалось из уст генерала.

Он не услышал хлопка. Оконное стекло звякнуло, пуля пробила ему горло навылет и врезалась в стену. Забелин ничего не успел понять. Смерть наступила мгновенно. Приманка сработала. С его-то опытом подходить к окну, когда в комнате горит фонарь, глупо и непростительно.

Забелин рухнул на пол.

В доме вспыхнул свет. На второй этаж поднялись двое мужчин. Покойника усадили за стол спиной к окну. Разбитое стекло сменили на новое, оно уже было вырезано по размеру. Осколки убрали, пулю из стены удалили, дырку завесили картинкой в рамке. На столе появился шомпол и пузырек с оружейным маслом. Из пистолета генерала выстрелили в оконную раму, точно за его спиной.

Работали неторопливо, молча, обстоятельно.

Каждый знал, что он делает. На ногах уборщиков были надеты домашние тапочки из общей кучи, хранившейся в передней для гостей.

Перед уходом они включили настольную лампу, убрали фонарь и осмотрелись.

Зазвенел телефон. Мужчина смело взял трубку.

— Все в порядке, линия работает.

Они ушли тихо. На участке загорелись фонари.

Через час заскулил очнувшийся волкодав. Скулил жалобно, как щенок, царапал входную дверь дома, словно просил прощения.

В эти смутные времена никто не любил ходить к начальникам. Одного из самых молодых генералов вызвал на ковер заместитель министра обороны по вооружению, и пришлось идти. Некрасову исполнилось тридцать девять лет. Хваткий боевой мужик. Многие вернулись из Афганистана с генеральскими погонами. Со щитом или на щите. Либо груз «200», либо грудь в орденах. Выжил — молодец. Проявил себя — орден, выиграл бой — сверли дырку в погонах для новой звездочки. Войну проиграли, вернулись те, кто выжил, но не все себя нашли в мирной жизни. Продолжили военную карьеру немногие. Одно дело — война, другое дело — военное чиновничество, живущее по своим законам. Втиснуться в тесные рамки уставов и положений — дело непростое. Тут нужны дипломаты и дельцы, а не храбрецы и вояки.