Солнце упало в березняк и долго висело низко над землей, точно зацепилось где-то за сук. Его можно было сорвать рукой.

Дневные дела были закончены. Отдыхая, прославленный снайпер гвардии сержант Абдукалык Кабдулов сидел под березой. Солнце ярко освещало его сухощавое смуглое лицо. Вокруг сидели его ученики. Двое из них — Ситкаров и Позднышев — уже побывали на переднем крае и имеют личные счета мести. Все остальные — новички, только изучают снайперское дело.

— Ну вот, обучение закончили, — заговорил Яков Чусовитин. — Закончили отлично. Благодарности, братцы, зря не раздают! Стреляем метко. Ну а мне все же хочется точнее узнать: что нужно, чтобы стать хор-рошим снайпером?

Усмехаясь, Кабдулов ответил:

— Ненависти побольше.

— Ненависти-то у нас хватит! — возразил Чусовитин. — Ее у каждого — хоть из орудия стреляй.

— Ну, тогда любовь к делу.

— Вот это похоже!

— Надо крепко, очень крепко любить свое искусство, — заговорил Кабдулов. — К нему нужно иметь особую страсть. Не хвастаясь, скажу: у меня давно появилась она. Не давала она мне никакого покоя!

— Охотничал раньше, что ли?

— Э-э, еще как!

Кабдулов вздохнул и продолжал:

— Только мне не везло сначала. Попал я в конники. Начал служить, а сам чувствую: тянет на другое дело. Раздобыл снайперскую винтовку и давай скакать с ней! Но вскоре меня ранило. Потащился в санбат, а винтовку не бросаю. Но в санбате — беда: отобрали ее!