Сдалось мне крыльцо на подпорках. Мне в доме Джорджа крыльцо нужно новое, плита и колодец. А где их возьмешь? Из чего заплатишь за печку, и за крыльцо новое, и чтобы колодец вырыли? - Но смотрела Нат по-прежнему на отца, ее высокое, чистое сопрано оборвалось не на спаде, и следила она за лицом Лукаса так, будто они схватились на рапирах. Его же лицо не было ни хмурым, ни спокойным, ни злым. Оно было непроницаемо, вообще лишено выражения. Может быть, он просто спал на ногах, как лошадь. И заговорил, можно подумать, с собой.

- Плита, - сказал он. - Крыльцо починить. Колодец

- Новое крыльцо, - сказала она. Он ее будто не слышал. Как будто она ничего не сказала.

- Заднее крыльцо починить, - сказал он. Она отвела взгляд. Снова ее узкая, нежная, не знавшая работы рука прикоснулась сзади к косынке. Лукас чуть повернулся. - Джордж Уилкинс, - сказал он.

- Сэр? - сказал Джордж.

- Зайди в дом, - сказал Лукас.

Прошло время, и вот наступил назначенный день. Одетые по-выходному Лукас, Нат и Джордж стояли перед воротами; оттуда выехал автомобиль и остановился.

- С добрым утром, Нат, - сказал Эдмондс. - Когда ты вернулась?

- Я вчера вернулась, мистер Рос.

- Загостилась ты в Виксберге. Я и не знал, что ты уезжаешь, - тетя Молли сказала мне, когда ты уже уехала.

Да, сэр, - ответила она. - Я на другой день уехала, после того как шерифы к нам заявились... Я сама не знала. И ехать не хотела. Это папа выдумал, что бы я поехала, навестила тетю...

- Замолчи и полезай в машину, - сказал Лукас. - Здесь мне свой урожай собирать или чужой собирать в Парчмене - мне охота узнать про это поскорее.

- Да, - сказал Эдмондс. Он снова обратился к Нат: - Отойдите с Джорджем на минутку. У меня разговор к Лукасу. - Нат с Джорджем отошли. Лукас стоял возле машины, и Эдмондс глядел на него. Три недели прошло с того утра, когда он последний раз говорил с Лукасом - словно именно три недели понадобилось для того, чтобы ярость в нем сожгла самое себя или улеглась.