Джон молча проехал несколько сотен ярдов, потом резко сказал:

— Я по прежнему считаю, что ты дурак, Дан. В старые времена я бы хотел иметь друга, как ты. Но те времена прошли, бандиты стали не такими наглыми и скрываются от людей. Они нападают и скрываются, боясь собственной тени. Если ты будешь продолжать жить, как раньше, ты вскоре станешь покойником. Ты все-таки дурак!

Дан Скотт ехал по дороге, думая о словах Джона. Он думал о том, считала ли Лори так же, как и ее отец. Он знал о том, что Этхел Барлоу была на его стороне, по-своему понимая его поступки. Но он обнаружил, что был уже не так уверен в своей правоте, он понимал, что Лори не могла так дольше жить.

Они продолжали ехать всю ночь и весь день, только раз сделав привал. Каждый из них думал о своем и они ехали молча, пока впереди не показались очертания города.

Дан Скот первым нарушил молчание.

— Я хочу, чтобы ты, как можно быстрее возвращался домой. Не стоит оставлять дом без защиты.

— Без защиты? — проворчал Джон. — О чем я должен беспокоится?

— Если ты не знаешь, я скажу тебе, — проговорил Дан и направил лошадь к городу. Подъехав к своему дому, он спрыгнул с лошади, в одном из окон он увидел очертания двух фигур. Это была его спальня, в которой стояли обнявшись мужчина и женщина.

Дан выругался, Джон Барлоу мрачно сказал:

— Может это не то, что ты думаешь, Дан.

— А что еще? — бросил Дан Скотт, поднявшись на крыльцо.

Не останавливаясь, он прошел через дом в спальню, создавая по пути, как можно меньше шума. Он застал их там. Хоррик, улыбаясь, обнимал его жену за плечи.

— Что, черт возьми, здесь происходит? — прорычал Дан.