– Да за кого вы меня принимаете, господин маршал? За последнего дурака? Никто и слова не скажет о короле!

– В таком случае, не упрямьтесь и подайте обед в четыре.

– Не могу, господин маршал, ибо в четыре я еще не получу того, что мне должны привезти.

– Чего же вы ждете? Какой-нибудь рыбы, как господин Ватель?

– Ах, господин Ватель, господин Ватель! – вздохнул метрдотель.

– Вас огорчает сравнение с господином Вателем?

– Нет. Злосчастный удар шпагой, который нанес себе господин Ватель, обессмертил его

– Ах, вот как! Вы полагаете, что ваш собрат слишком дешево заплатил за свою славу?

– Нет, ваша светлость, но сколько других наших коллег страдает и пожинает скорбь или унижения, в сто раз более жестокие, нежели удар шпагой, и, однако, не становятся бессмертными!

– А разве вы не знаете, что для того, чтобы стать бессмертным, надо либо стать академиком

– В таком случае, ваша светлость, лучше жить и состоять у вас на службе. Я не умру и буду служить вам так же, как служил бы Ватель, если бы его высочество принц Конде имел терпение подождать полчаса.

– О, да вы обещаете мне чудеса! Вы фокусник!

– Нет, ваша светлость, никаких чудес я не обещаю.

– Но чего же вы ждете?

– Вашей светлости угодно, чтобы я это сказал?

– Ну да, да, я любопытен.

– Так вот, ваша светлость: я жду бутылку вина.

– Бутылку вина? Объяснитесь, это становится интересно.

– Вот о чем идет речь, ваша светлость: его величество король Шведский, то есть, простите, его сиятельство граф Гаагский пьет только токайское.

– Ну и что же? Неужели я так обеднел, что в моих погребах не найдется бутылки токайского? В таком случае надо будет выгнать моего эконома.

– Нет, нет, ваша светлость: у вас есть еще бутылок шестьдесят.

– Так по-вашему граф Гаагский выпьет за обедом шестьдесят одну бутылку?