"Боже, - подумал Коньшин, - как хорошо, что я ее встретил. Неужели суббота будет нормальным, человеческим днем?"

- Вот вам на память. - Девушка положила на свою ладонь и протянула Петру Кирилловичу зеленый камушек. - Я привезла из Крыма. Там у нас была практика. Это яшма.

- Спасибо, - Коньшин спрятал камушек в карман.

- Догоняйте! -крикнул Николай. - Чего вы там шепчетесь?

Они прибавили шагу и вслед за Николаем вошли в небольшой ресторанчик. Он был пуст. Чистые накрахмаленные скатерти, на столиках цветы. В дальнем углу курил парень - официант, весь в черном, только на груди пестрый галстук-бабочка; бабочка от движений шевелилась, словно действительно это была настоящая бабочка, прилетевшая откуда-нибудь из тропиков и облюбовавшая для отдыха этого официанта.

Света выбрала столик у окна.

Официант не торопился. Он не спеша докурил сигарету, долго задумчиво тушил ее в пепельнице, потом куда-то ушел, а когда появился, принялся, не смотря в сторону компании, расставлять стулья за столиками. Стулья стояли нормально, но, очевидно, официант добивался абсолютной гармонии.

- Эй! - сказал Николай. Он произнес это "эй" негромко, но властно и слегка презрительно.

Официант не реагировал.

- Эй, салага! Шлепай сюда! - слегка повысил голос Николай.

Официант еще немного повозился, потом прервал свое занятие и подошел с каменным лицом.

- Почему вы так грубо разговариваете?

- Ты слепой? - спросил Николай.

- Прошу не тыкать.

- Ты был в Монте-Карло? Официант растерялся.