- Да, - буркнул новоявленный Вакх.

- Возьмите и мою. - Алесь протянул веленевый прямоугольничек.

Мстислав пробежал по нему глазами и вдруг поклонился.

- Я к вашим услугам, - сказал он. - Какая комиссия, прошу, конечно, извинить?

- Мне нужно три тысячи штук перкаля. Через три месяца, самое позднее. Пусть самого дешевого, но зато самых резких и ярких, самых пестрых расцветок.

- А тип? - с алчностью, таящейся за крайним почтением, спросил Маевский.

- Разнотипные штуки, - сказал Алесь. - Это не оптом.

- Сделаем, - сказал Мстислав. - Сделаем.

Подъехал извозчик. Кондрат разместил вещи, помог Мстиславу сесть, а сам взобрался на козлы.

- Сделаем, - сказал еще раз Маевский.

Лошади тронули.

Какое-то время те, что остались, стояли молча. Все еще порошил мокрый снег, и, несмотря на полуденное время, было темно, как в густые сумерки.

- Бог знает, что такое. - Алесь вытирал мокрое лицо. - Обычно за руки рвут, на части. Только и слышишь: "пожалте", "пожалте". А тут - хоть бы кто.

- А их долго не будет, батюшка, - сказал купец.

- Что так?

- Я справку навел-с... Носов, суконщик из Преображенского, гуляют с друзьями. Взяли-с все калиберы (*6) с площади и уехали-с. И сани взяли-с.

- Разве уже на калиберы пересели?

- В центре уже на них. Сами видите, голый камень, под этой кашей... Вот Носов и поехали-с... Пятьдесят извозчиков за ними едут... Вам-то ничего, а мне еще стоять и стоять.

Алесь решил копнуть собеседника, москвич или нет.

- А почему "калибер"?

- По думскому калиберу делали при генерал-губернаторе Голицыне. Долгуши он приказал уничтожить, а всем сделать такие по думскому калиберу, узору. Так извозчики и сами экипажи стали называть калиберами-с... Глупый народ-с...

Помолчал.

"Москвич", - подумал Алесь. А старик вдруг сказал: