Пришлось подойти к ближайшей парадной и шагнуть внутрь. Простейшая кодовая защита замка на двери не устояла перед простейшим заклинанием и вот там уже, в стенах дома, укрытый от досужих взглядов, Леха позволил себе проникнуть в подземное пространство городского коллектора…
От мощного, свежайшего, хищного запаха Алёнкиной ауры голова пошла кругом и захотелось чихнуть. Притаилась… охотница… и за кем же это она?..
Когда ты, типичный городской маг и волшебник, проводя свои сугубо человеческие дни посреди цивилизованной обыденности, вдруг выпадаешь из неё и окунаешься в подземные пучины, свободные от постоянного человеческого присутствия, например, в подвалы, в секретные (забытые?) бомбоубежища или тоннели метро, в водоканализационные коллекторы, в вентиляционные шахты или еще в какие-либо темные и мрачные пространства, подобные вышеперечисленным, то навстречу тебе, вооруженному колдовским чутьем и волшебными знаниями, тотчас же раскрываются, отворяют объятья иные миры, пронизанные бесчисленными лучами и всполохами другого, чужого и чуждого, странного бытия, так непохожего на верхнюю, подсолнечную жизнь…
Эти миры населяют тихие и бесцветные насекомые, в пищу которым не годятся медоносные травы и цветы, но только продукты гниения, растительного и животного… Крысы там обитают, вечно одержимые двумя лютыми инстинктами: продолжения рода и сохранения вида, а также никогда не утоляемыми страстями, любовными и пищевыми… И домжи, бывшие домовые из старого жилого фонда, попавшего под тотальную реконструкцию, либо просто вытесненные в никуда своими сильными и безжалостными собратьями во нечистой силе… и призраки недоразвоплотившихся сущностей людских, и вампиры, коротающие постылую вечность в ожидании того, чтобы при помощи чужого дыхания, чужой крови, продлить собственное жалкое тусклое замогильное бытие. И люди попадаются, опустившиеся, деградировавшие дотла, обремененные всеми человеческими недугами и болями… Иной раз даже вампиры ими брезгуют… А вот крысы — никогда, крысы всеядны и пощады не знают. Но в окрестных подземельях нет крыс, нет домжей, Алёнка поработала, ибо она еще голоднее и всеяднее… И неизмеримо сильнее.