Я уважаю госпожу учительницу Гульду Кюнер, потому  что  она  —   честная  и  достойная  девушка.  Если  она придет в мой магазин,  я велю сделать ей уступку, как самому почтенному из моих клиентов, и  скажу,  чтобы  ей отпустили товар хорошего качества, хотя бы она покупала на  самую малую сумму. Но всякий человек должен знать свое место. У меня и у моей  Амалии  нет  детей,  но  мой племянник, сын моего единственного брата, должен  помнить,  что  у  меня  есть зато много двоюродных братьев и сестер.

Если  мой племянник хочет наследовать мое дело и мою фирму, то он женится на дочери  одного из почтенных коммерсантов. Я не мечу высоко, я не хочу, чтобы мой  племянник  женился  на  одной  из  юных  девиц  фон Танненберг, или фон Клостербург,  или  фон  Либенштейнт.  Я  хочу  только того, чтобы жена моего племянґника  была  из  равной  нам  семьи.  Я  сказал,  а слово гофлиферанта Гейнриха Шлейфа твердо. Кельнер, прошу сосчитать!

     Карл не унывал. Он решился идти до конца, и сказал храбро:

     —    Кельнер,   за  эту  кружку  я  плачу.  Еще  одну  кружку  господину гофлиферанту.

     Гофлиферант возражал:

     —   Я  выпил  мою кружку, и мне пора идти домой, где меня ждет моя жена, моя дорогая Амалия.

     Карл сказал:

     — Дядя, за ту кружку я заплачу.

     Гофлиферант отвечал:

     —   Хорошо. Молодые люди расточительны, но я сам был молод, и я понимаю, когда  молодой человек хочет позволить себе немного покутить. Лучше покутить чинно  и благоразумно со старым дядею, чем с легкомысленными и необузданными молодыми людьми, в роде какого-нибудь повесы Отто Шарфа.

     Карл сказал:

     —   Дядя,  если  я  женюсь  на Гульде Кюнер, то я не буду проводить свое время  с  легкомысленными  молодыми  людьми,   потому  что  Гульда  Кюнер  — скромная  девушка.  Она будет заботливою и экономною хозяйкой, и мне приятно будет сидеть дома.