Земля как будто катится назад. Пускай Аркадия была всегда Охотницей бессмертною горда, Бывала здесь монархиня одна, Которая богине той равна; Лес во владенье королеве дан, Хоть ей подвластен даже океан. И древнюю Диану Виндзор влек; Он от нее, казалось бы, далек, Но видели, как бродит здесь она, Воздушной пустотой окружена, Со свитой девственных своих подруг И как серебряный сияет лук. Одна из нимф Лодоною звалась И от тебя, о Темза, родилась (Так что твою прекраснейшую дщерь Навеки воскрешает песнь теперь). Богиню отличал от нимфы той Лишь полумесяц бледно-золотой, И нимфа, видя в любящем врага, Носила пояс и была строга; У нимфы был колчан, и стрелы в нем; Она владела луком и копьем. Преследуя дичину как-то раз, От похотливых не укрылась глаз; Увидел Пан ее и воспылал, Красавицы бегущей пожелал. Так быстро мчаться вряд ли бы могла Голубка, улетая от орла, Такую прыть едва ли бы обрел В погоне за голубкою орел, Как нимфа, за которой бог бежал, Как бог, который нимфе угрожал; У нимфы все сжимается в груди; Шаг ненавистный слышен позади. Тень жуткая уже прильнула к ней (К закату тень становится длинней), Дыханье бога шею нимфе жжет. Беглянку кто теперь убережет? Напрасно Темзу призывала дочь, Диана тоже не могла помочь; И вырвалась у загнанной мольба: "О Цинтия! Ты видишь: я слаба; Меня к моим родным теням верни, Чтоб лепетать и плакать мне в тени". Сказала дева и в слезах спаслась,