И кастильские сбросив флаги Добрались они до Тортуги. Он с молитвой смешал проклятья, Под картечи шальную трель. Месть раскрыла тебе объятья, Дон Яаков де Куриэль! …Как-то вечером, после боя Он задумчив стоял у грота, Разговаривал сам с собою. Он шептал: «Хороша охота… Только ночи мои пустые, Поскорее бы новый день…» Услыхал он шаги чужие И увидел чужую тень. И спросил он: «Ты не был с нами Ни в Сант-Яго, ни в Да-Пуэрте?» Незнакомец сверкнул очами И ответил: «Я — Ангел Смерти! Сделал ты океан могилой Всем встречавшимся на пути. Ты молился с такою силой, Ты заставил меня прийти! И хочу я сказать по чести, Хоть душе твоей будет больно — Я помог этой жаркой мести, Но теперь я прошу: „Довольно!“ Я с тобою был не однажды, Книгу Смерти с тобой листал. Утоление этой жажды. Невозможно — а я устал». Он оплакал свою подругу — Шпагу, сломанную у гарды. Без него ушли на Тортугу Каравеллы его эскадры. «Забирай меня, гость проворный! Я остался на берегу!» Но потупился ангел черный И ответил: «Я не могу…» Он омыл в океане руки, Сшил одежду из парусины. На борту турецкой фелуки Он добрался до Палестины. Дуэлянтом, бреттёром, с целью Бросить вызов, послать картель — Так ступил на Святую Землю Дон Яаков де Куриэль. И раввина найдя святого В синагоге старинной, в Цфате, Пожелал он услышать слово